Хорхе Каррион. Цитаты (1)
Nov. 25th, 2025 06:29 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bibliolater"Иногда я думаю, что интернет – это преддверие рая, где меня ждут книжные магазины, которые я еще не успел посетить. Преддверие виртуальных призраков."
"Детство и особенно отрочество – тот возраст, когда человек проникается любовью к книжным магазинам."
"Все книжные – своего рода компасы: с их помощью отыскиваешь более утонченные истолкования современного мира, чем те, что предлагают иные образы или пространства."
"Во всяком хорошем продавце книг есть что-то от врача, фармацевта или психолога. Или бармена. Франсиско, Алехандро, Густаво, Марина, Сесар и Дамиа составляют часть моего собственного мира книготорговцев, беспокойного мира привычек, которые легко вспоминаешь, стоит тебе оказаться в далеких городах."
"Книги, книготорговцы и сами книжные воплощают статичность рядом с клиентами, которые постоянно заходят и выходят и роль которых состоит именно в движении. Они путешественники в миниатюрном городе, и их задача – сделать так, чтобы буквы, пребывающие внутри книги в состоянии покоя, стали подвижными на время чтения, потому что, как писал Малларме: «Книга как предельное расширение буквы должна непосредственно извлекать из нее некую подвижность»."
"Частные собрания, зачастую собиравшиеся библиофилами, пополнялись непосредственно из книжных лавок и служили образцом для собраний общественных, то есть для библиотек, которые возникли отнюдь не при демократии, а при тирании: основание первых из них приписывается Поликрату, тирану Самоса, и афинскому тирану Писистрату. Библиотека – это власть."
"Библиотека всегда находится на шаг позади: она укоренена в прошлом. Книжная лавка, напротив, привязана к настоящему, живет им, подпитывается присущей ему тягой к переменам. Если История обеспечивает преемственность Библиотеки, Будущее постоянно угрожает существованию Книжной лавки. Библиотека основательна, монументальна, она привязана к власти, к городским властям, к государствам и их армиям. Книжная лавка, напротив, текуча, временна, она существует столько же, сколько длится ее способность поддерживать с минимальными изменениями определенную идею. Библиотека – это устойчивость. Книжная лавка распространяет, Библиотека – хранит."
"История электронной книги затягивает, словно триллер. Она появилась в сороковые годы; приобрела популярность в шестидесятые благодаря системам гипертекстуального издания; обрела свой формат благодаря Майклу С. Харту в семидесятые и название (electronic book) благодаря профессору Андриесу Ван Дамме из Университета Брауна в середине восьмидесятых. Когда в 1992 году компания Sony выпустила на рынок свое устройство для чтения книг с проигрывателем компакт-дисков под названием Data Discman, она стала рекламировать его как «библиотеку будущего». Ким Благг получил первый ISBN для электронной книги в 1998 году. Две эти даты, возможные точки отсчета, подсказки внушают ощущение, будто мы находимся между двумя мирами, как современники Сервантеса в XVI веке, Стефана Цвейга в веке XX или жители Восточной Европы в конце восьмидесятых. В медленном апокалипсисе, в котором книжные магазины являются оракулами, уникальными наблюдательными пунктами и в то же время полями сражений и мрачными, неумолимо меняющимися горизонтами."
Хорхе Каррион «Книжные магазины»
"Детство и особенно отрочество – тот возраст, когда человек проникается любовью к книжным магазинам."
"Все книжные – своего рода компасы: с их помощью отыскиваешь более утонченные истолкования современного мира, чем те, что предлагают иные образы или пространства."
"Во всяком хорошем продавце книг есть что-то от врача, фармацевта или психолога. Или бармена. Франсиско, Алехандро, Густаво, Марина, Сесар и Дамиа составляют часть моего собственного мира книготорговцев, беспокойного мира привычек, которые легко вспоминаешь, стоит тебе оказаться в далеких городах."
"Книги, книготорговцы и сами книжные воплощают статичность рядом с клиентами, которые постоянно заходят и выходят и роль которых состоит именно в движении. Они путешественники в миниатюрном городе, и их задача – сделать так, чтобы буквы, пребывающие внутри книги в состоянии покоя, стали подвижными на время чтения, потому что, как писал Малларме: «Книга как предельное расширение буквы должна непосредственно извлекать из нее некую подвижность»."
"Частные собрания, зачастую собиравшиеся библиофилами, пополнялись непосредственно из книжных лавок и служили образцом для собраний общественных, то есть для библиотек, которые возникли отнюдь не при демократии, а при тирании: основание первых из них приписывается Поликрату, тирану Самоса, и афинскому тирану Писистрату. Библиотека – это власть."
"Библиотека всегда находится на шаг позади: она укоренена в прошлом. Книжная лавка, напротив, привязана к настоящему, живет им, подпитывается присущей ему тягой к переменам. Если История обеспечивает преемственность Библиотеки, Будущее постоянно угрожает существованию Книжной лавки. Библиотека основательна, монументальна, она привязана к власти, к городским властям, к государствам и их армиям. Книжная лавка, напротив, текуча, временна, она существует столько же, сколько длится ее способность поддерживать с минимальными изменениями определенную идею. Библиотека – это устойчивость. Книжная лавка распространяет, Библиотека – хранит."
"История электронной книги затягивает, словно триллер. Она появилась в сороковые годы; приобрела популярность в шестидесятые благодаря системам гипертекстуального издания; обрела свой формат благодаря Майклу С. Харту в семидесятые и название (electronic book) благодаря профессору Андриесу Ван Дамме из Университета Брауна в середине восьмидесятых. Когда в 1992 году компания Sony выпустила на рынок свое устройство для чтения книг с проигрывателем компакт-дисков под названием Data Discman, она стала рекламировать его как «библиотеку будущего». Ким Благг получил первый ISBN для электронной книги в 1998 году. Две эти даты, возможные точки отсчета, подсказки внушают ощущение, будто мы находимся между двумя мирами, как современники Сервантеса в XVI веке, Стефана Цвейга в веке XX или жители Восточной Европы в конце восьмидесятых. В медленном апокалипсисе, в котором книжные магазины являются оракулами, уникальными наблюдательными пунктами и в то же время полями сражений и мрачными, неумолимо меняющимися горизонтами."
Хорхе Каррион «Книжные магазины»
